Александр Мазепа: «Сила в правде!»


Основатель и руководитель детейлинг-студии BLACK BOX @detailing_vl


Если знаешь, чего хочешь на самом деле, – действуй! И двери откроются. Александр Мазепа собственным примером показал, что за каждым кризисом – точка роста, а чёрная полоса может оказаться взлётной.

Интервью: Юлия Аделова Фото: ANA SAVA Стиль Юлия Крупа

– Любовь к автомобилям у вас с детства?

– Да. В детстве я много времени проводил со своими дедушками. У каждого было по дачному участку за городом, огромный стаж вождения и автомобили ВАЗ-2107 «Жигули» – типичные представители советского автопрома. Машины отличались лишь цветом. У одного деда был синий автомобиль, у другого – светло-жёлтый.


– Дедушки не только привили любовь к автомобилям, но и приучили к физическому труду, научили ухаживать за ними?

– Именно. Когда у тебя на даче внук, которому нечем заняться, можно провести время с пользой. Мне выдавались ведро, тряпка – и погнали. Я мыл машину, чистил колёсные диски щётками, протирал пыль в салоне. И знаете, мне понравилось это дело! Потом появилась машина у родителей, за ней я тоже ухаживал. Предвкушая, как сам получу водительское удостоверение и буду ухаживать уже за своей машиной. Это была моя мечта.


– Мечты сбываются. В каком возрасте у вас появился первый автомобиль?

– В 21 год. Я тогда учился на пятом курсе института. И родители решили сделать мне подарок – японский автомобиль Toyota Mark II.


– Награда за отличную учёбу?

– Не могу сказать, что за отличную учёбу. Скорее время было такое. Для сравнения: когда я учился на первом курсе, парковка возле института была пустая, а на пятом курсе негде было встать. Это был 2008 год. Не знаю, что тогда произошло, но авторынок был перенасыщен.


– Между тем как раз в 2008 году был мировой экономический кризис.

– Парадокс, да. И тем не менее Владивосток был переполнен автомобилями. На парковке нашего института яблоку было негде упасть. И в основном это были машины студентов, не преподавателей. Многие студенты в то время уже начали работать, крутиться, как тогда это называлось.


– И вы крутились?

– Конечно. Не то чтобы мне чего-то не хватало – меня особо не баловали, но было всё необходимое. На какие-то вещи для себя, на тот же сотовый телефон, я заработал сам.


– Вам автомобиль подарили в 21 год – это круто!

– Согласен. Помню, я хотел Skyline двухдверный, но родители отговорили. Сказали: «Это гоночная машина, ты что! Нельзя тебе гонять!» В чём-то они были правы. Свою первую машину я разбил за первые две недели. Улетел на обочину. Машину потом восстановили, естественно.


– Любите скорость?

– Иногда. Я сейчас в потоке не гоняю, очень аккуратно вожу. Ни одного ДТП по моей вине не было. Раньше ходил на мероприятия по стритрейсингу как зритель, сейчас не тянет. Хотя есть идея – купить машину выходного дня, спортивный Porsche с открытым верхом. На лето. Я сейчас езжу на кроссовере. На нём особо не погоняешь. А иногда хочется. В ночное время, когда маленький поток, машин нет, очень хочется погонять. Настроение бывает такое. Может, это кризис среднего возраста. Понятно, что в 34 года на многие вещи уже смотришь по-другому, но иногда внутренний ребёнок просыпается.


– Про выбор профессии. По первому образованию вы инженер-механик?

– Верно. У меня не было какой-то определённой идеи, кем я хочу стать. Это скорее дело случая. На базе военной кафедры ДВГТУ в то время запустили программу – кадетский корпус для учеников 10–11-х классов. Меня туда взяли по рекомендации моего классного руководителя. По окончании нас зачисляли в вуз без вступительных экзаменов, это был определённый бонус. Было предложено несколько специальностей на выбор, я выбрал специальность инженера-механика. Первые пару лет душа не лежала, а потом втянулся, стало интересно.


– Расскажите про вашу первую работу.

– Окончив учёбу, пошёл работать по профессии на завод. На предприятие, где моя мама трудилась главным бухгалтером, в цех по производству металлоконструкций. Там как раз освободилось место мастера участка.


– Сразу на руководящую должность!

– Я тоже так думал. По факту я прошёл огонь, воду и медные трубы. От разнорабочего с кисточкой и метлой в руках до мастера. В трудовой книжке запись особо не менялась, хотя круг обязанностей постепенно расширялся: со временем мне доверили служебную машину, я начал заниматься снабжением, потом освоил AutoCAD – программу по проектированию, стал чертить и оцифровывать чертежи, потом начал вести свои объекты. Это не ограничивалось производством в цеху, были ещё строительные объекты вне цеха.


– Сколько вы проработали на заводе?

– Семь лет. Потом грянул кризис. Я подпал под сокращение. Параллельно меня начала «хантить» (переманивать) другая организация. Они с нами в одном здании находились, и их директор прощупывал почву, пытался со мной подружиться.


– Сфера та же?

– Можно и так сказать. Они занимаются производством оборудования для добычи и обработки рыбы. У них был определённый список оборудования, которое пользуется спросом и которое они производили. Но они хотели развиваться, расширяться. И у них не было подходящего человека, который может сделать разработку чертежей, разработку новых продуктов. На это направление они меня и «схантили». В итоге, когда меня сократили на первой работе, я взял свои вещи и перешёл из одного кабинета в другой. (Смеётся.)


– Потом организовали собственное производство?

– Уже позже, после проб и ошибок. Я тогда женился, у нас родился ребёнок, появилось много расходов на малыша, к тому же надо было делать ремонт в квартире. Денег стало катастрофически не хватать. Я начал думать, как увеличить свой доход. Искал варианты дополнительного заработка. Тестировал разные ниши, как тогда было модно, создавал сайты. Пытался заниматься перевозом оборудования из Китая. Даже открывал офис по ОСАГО – это один из первых моих неудачных опытов. А потом я подумал: ведь я силён в производстве! Зачем мне куда-то в другое место бежать, набивать себе шишки, если я здесь эксперт? И

начал формировать заказы на производство металлических конструкций. Ко мне приходил заказчик, я его оценивал, отдавал заказ в производство и получал свой процент. Я полностью вёл клиента, делал чертежи, если они были нужны. И дело пошло. За один из первых месяцев я заработал 300 тысяч, в то время как у меня зарплата была 50 тысяч. Не мог поверить, что это возможно, пока не получил эти деньги на руки.


– С основной работы вы уволились?

– Поначалу работал параллельно. Потом пришлось уйти. Директору компании, где я работал, не понравилось, что я ещё работаю, так сказать, на стороне. Хотя на моей основной деятельности это никак не отражалось.


– К этому моменту вы уже ощутили, что можно зарабатывать самостоятельно, будучи не в найме?

– Ощутил. Как я уже говорил, заняться предпринимательством – это лучшая идея, которая когда-либо приходила мне в голову. Да, это нелегко. Когда уходишь из найма в свой бизнес, ты вынужден решать большое количество задач, с которыми раньше никогда не сталкивался, и во всём рассчитывать только на себя. Я всё делал сам. Настраивал рекламу, делал сайт, контролировал производство, отвечал на звонки. У меня было три мобильных телефона. Даже несмотря на то, что впереди меня ждал крах, о котором я ещё не подозревал, начать работать самостоятельно было верным решением.


– Про крах. Расскажите, что случилось.

– Поступил крупный заказ. Дочерняя компания «Роснефти» – они по всей России на нефтяных базах «Роснефти» строили лаборатории для оценки нефтепродуктов. Они вышли на меня и сделали заказ на изготовление металлических конструкций для возведения здания. Особо не торговались. Мы работу выполнили, они её оплатили, руки друг другу пожали, все довольны. А потом они предложили: «Давайте вы нам это здание и смонтируете. Соберёте, внутри ремонт сделаете, установите оборудование и т. д.». Я подумал: «Почему бы и нет?» – и согласился. Тоже особо не торговались. Мы начали делать. А монтаж – такое неблагодарное дело, что в процессе появляются дополнительные работы, которые не были учтены. Человеческий фактор – он такой, всё учесть невозможно. И все эти дополнительные работы мы записывали задним числом, никаким дополнительным соглашением на бумаге не оформляли. Типа потом-потом-потом, у нас сроки горят, это «Роснефть», здесь всё серьёзно, надо быстро. Потом всё оплатим. Они тогда прислали человека курировать процесс, и мы с ним очень хорошо сработались, можно сказать стали приятелями. Всё было на доверии. В итоге мы всё смонтировали. Когда же пришло время говорить о деньгах, они нам: «Какие дополнительные работы? Не знаем. Этого нет в договоре, надо было оформлять сразу. Что же вы не оформили?» А там дополнительных работ на миллион. Для меня тогда это были огромные деньги.


– Получается, они вас кинули?

– Фактически. Для меня это был сильный удар. Больше подкосила не потеря денег, а сам акт предательства. То, что человек человека кинул. Тот, с кем ты хорошо общался, кому доверял. Это была моя роковая ошибка. И урок на всю жизнь.


– Урок на доверие.

– После этого у меня была настоящая депрессия. Я месяц лежал на диване, был словно обесточен и не знал, не понимал, что делать дальше, как из этого выбраться. Эта ситуация спровоцировала развод, что тоже сказалось на моём моральном состоянии. Всё это ещё и перед Новым годом случилось.


– Как вытянули себя из этого состояния?

– Усилием воли. Сказал себе, что лимит на страдания исчерпан и надо что-то делать. Вспомнил, что я подписан в «Инстаграме» на разные детейлинг-студии. Просто по приколу, потому что мне нравится смотреть на то, что они делают. Я спросил себя: «Зачем наблюдать за другими? Ведь ты сам можешь этим заниматься!» И начал действовать. Занял у родителей деньги на поездку в Питер, где прошёл обучение в самой крутой детейлинг-студии, параллельно проходил бизнес-курсы, осваивал «Инстаграм», настройки контекстной и таргетированной рекламы и т. д… И дело пошло. Двери стали открываться. В феврале 2018 года я принял решение, что хочу свою детейлинг-студию, в марте начал делать первые шаги в этом направлении, и в мае мы открылись.


– Что в планах?

– Стабильность и рост. Если брать 2018-й и 2021 годы, мы в два раза выросли в плане клиентооборота и в плане площадей. И это не предел.


– Понимаете ли вы, что всё, что с вами произошло, было для чего-то нужно?

– Безусловно. Именно эта череда обстоятельств привела меня в ту точку, где я сейчас нахожусь. В чём-то я даже благодарен судьбе за полученные уроки.


– Кому ещё благодарны?

– Своим родителям. Они никогда в меня особо не верили, и я им за это благодарен. Появились мотивация, желание доказать, что я чего-то стою! Благодарен своей бывшей жене за сына. Он главный человек в моей жизни. И своей любимой девушке: она вдохновляет меня на поступки. В сентябре был год, как мы знакомы, и мне постоянно хочется её удивлять.


– Что для вас имеет наибольшую ценность?

– Свобода и правда. Я не вру и не люблю, когда мне врут. Сила в правде!