Союз Земли и Воды


На протяжении последних шести лет Эрмитаж ежегодно знакомит жителей Владивостока со своими коллекциями. 25 июня в Приморской государственной картинной галерее открывается очередная выставка – «Союз Земли и Воды. Тема раковины в произведениях прикладного искусства ХVI–XXI вв. из собрания Государственного Эрмитажа».

Текст: Светлана Кокарева, заместитель заведующего Отделом западноевропейского прикладного искусства, хранитель коллекции западноевропейской и русской глиптики Государственного Эрмитажа, Санкт-Петербург. Фото: Александр Кокшаров

В титуле выставки есть прямая отсылка к живописному шедевру, также хранящемуся в петербургском музее. И это неслучайно. Фламандец Питер Пауль Рубенс написал своё полотно «Союз Земли и Воды» около 1618 г., отталкиваясь от исторических событий на своей родине. Но с начала XVII в. и до наших дней картина в гораздо большей степени воспринимается как аллегорическое воплощение единения двух начал – мужского и женского, двух стихий – Земли и Воды. Эта идея как нельзя лучше соответствует посылу выставки – продемонстрировать нерасторжимое единство красоты природы и человеческого гения.


Раковины, одно из древнейших и красивейших созданий природы, тысячелетиями служили человеку для поддержания его жизнедеятельности и при этом играли важную роль в формировании духовной жизни разных народов и культур. Легенды, сказания, традиции, образ жизни людей вблизи морей и океанов, мода во многом определили судьбу раковин в художественном творчестве. Необыкновенное совершенство природного создания также не могло остаться не замеченным мастерами самых разных видов искусства. Моллюсков изображали на рельефах и в картинах, их использовали в качестве податливого материала для изготовления предметов разнообразного назначения и, наконец, их имитировали в самых разных материалах – камне, металле, фарфоре воссоздавая тот самый союз двух диаметрально противоположных стихий.


На выставке из Эрмитажа представлены 32 экспоната из фондов Отдела западноевропейского прикладного искусства. Сравнительно небольшое число объектов тем не менее позволит зрителям проследить, какие метаморфозы претерпевала раковина в произведениях декоративно-прикладного искусства Европы и России в XVI–XXI вв.


Самое раннее произведение на выставке – это великолепный французский кубок середины XVI в., составленный из двух раковин, покрытых фигуративной резьбой. Он напоминает о тех временах, когда подобные камеи – но не на камне, а на раковине – повышали ценность таких изделий до невероятной высоты и делали их украшением сокровищниц.

Славу кабинетам редкостей составляли и кубки-наутилусы. Для современного зрителя именно они являются самыми узнаваемыми историческими художественными произведениями с использованием раковин. В Европу экзотические раковины привозили путешественники, приобретавшие эти диковины на рынках стран Индийского океана. С конца XVI в. изготовление ювелирного обрамления для дорогостоящих раковин поручалось известным золотых и серебряных дел мастерам из Нюрнберга, Аугсбурга, Амстердама, которые при создании оправ, как правило, обращались к мифологическим сюжетам, связанным с морской стихией. В силу предельной хрупкости на выставку не могли быть привезены кубки-наутилусы XVI в. Тем не менее два экспоната с наутилусами, выполненные в XVII и XVIII вв., позволят оценить великолепие этих раковин в обрамлении искусно выполненных деталей из серебра.


Мастера, в XVII в. выполнявшие оправы для экзотических натуралий, также переосмысливали форму естественных раковин и заимствовали её для изделий, полностью выполненных из серебра. Порождение земли, белый металл, частично или полностью покрытый позолотой, по воле ювелира превращался в чаши кубков или в солонки с очертаниями раковин. В соответствии с заказом чаши-раковины наделялись дополнительным смыслом: они могли олицетворять и реку, через которую св. Христофор перенёс младенца Христа, и крестильную купель, и многое другое.


Невозможно обойти вниманием декоративное очарование раковин: в орнаментальной системе стиля барокко в XVII в., а в XVIII в. – рококо по-разному стилизованные элементы раковин имели определяющее значение.


XVIII в. принёс с собой моду на нюхательный табак и на компактные коробочки для его хранения – табакерки. Посетители выставки смогут оценить богатство их форм и отделки. Вместилища для табака некоторых табакерок выполнены из полированных раковин (одна из этих коробочек некогда принадлежала Петру I). Прочие изогнутые «безделушки» либо повторяют раковины по форме, либо имеют мотивы раковин в своём богатом декоре.


Наиболее ясно идея выставки воплощена в произведениях из цветного камня. Подражание очертаниям моллюсков в предельно твёрдом и неподатливом материале прекрасно удавалось европейским мастерам – достаточно взглянуть на чашу из агата и табакерку из аметиста. Им не уступают и вазы, выполненные уже в конце XIX в. на Петергофской гранильной фабрике.


На выставке представлен ряд разнообразных изделий второй половины – конца XIX в. – времени, когда относительная стилистическая свобода в художественном творчестве дала мастерам возможность экспериментировать с формой, применяя в своих изделиях установки разных стилей и направлений. Заложенные самой природой причудливость и неординарность форм раковин давали художникам поле для фантазий. Неоднозначные, но чрезвычайно эффектные композиции из разных материалов – барочного жемчуга и бронзы, резного камня и серебра, покрытой резьбой раковины– впечатляют своей выразительностью.


Завершают экспозицию работы наших современников – резчиков по камню, которые в своих произведениях пытаются соединить декоративность мотива моллюска (в обоих случаях – улитки) с определённой философской наполненностью образа. Тем самым опровергая опасения, что пора, когда раковина с блеском использовалась и как материал, и как источник декоративных мотивов и аллегорических переосмыслений, осталась позади…