Ольга Малахова. «Круглосуточно счастливая женщина»

07.12.2017

 

 

Интервью Татьяна Голивец, Фото Катерина Коцюба, Стиль Дарья Image, Mua Екатерина Грицай, Укладка Анна Нельгаа

 

Героиня нашего предновогоднего номера– частый гость обложек и разворотов, и всю подборку журналистских бесед с ней я бы определила как «бизнес-интервью». На первый взгляд, невозможно блондинку с ясными глазами назвать «Ольга Викторовна»: изящная, лёгкая, подвижная, руководитель предприятия с открытой улыбкой и добрыми глазами. О таком воспитателе или педагоге мечтают все дети. Таких обожают, к ним липнут и запоминают на всю жизнь. Выпускники «Карапуз-Академии» уж точно не забудут свою «Снегурочку» и по совместительству директора – Ольгу Викторовну Малахову. Но сначала не об этом, а о вдохновении всей жизни – танцах и… детях.

 

– Ольга, Вы, оказывается, профессиональный танцор. Хореографы и танцоры – особая категория людей. Мне кажется, любовь к танцу они проносят через всю жизнь, что это значит для Вас?
– Сейчас, наверное, это выражается в проявлении некоего тщеславия, то, что я появляюсь на публике, в глянце, это всё отголоски того, чего мне сильно не хватает в моей настоящей жизни.

– Сцены? Зрительского внимания?
– Да, у меня даже сейчас мурашки от этого. Сцена!.. Конечно же, это с детства. В плане выбора, чем и куда пойти заниматься, меня не ограничивали ни в чём. Тогда всё было проще. Мы жили в Арсеньеве. Захотела петь – пошла учиться и выступала в эстрадном ансамбле. Закончила музыкальную школу. Захотела танцевать – пошла танцевать. Не скажу, что я была суперзвездой, но в какой-то момент танцы вышли на первый план. 

– Это были народные танцы?
– Да, это был замечательный образцовый Ансамбль танца, хорошая школа. И в последствии я и высшее образование выбрала в этом же направлении, хотя до этого усиленно готовилась к поступлению на юридический. В последний момент я сказала маме: «Мы завтра едем в Хабаровск, поступать на хореографа». 

– Мама была в шоке?
– Она просто ответила: «Хорошо, значит, едем». За это я очень благодарна своим родителям. Так я получила своё первое высшее образование по специальности «хореограф-педагог». И во время учёбы, и после много работала с детьми самого разного возраста. И, конечно, потом моим основным местом работы стал наш ансамбль песни и пляски ТОФ. 

– У вас была полноценная артистическая жизнь с репетициями, выступлениями и гастролями?
– Да, ежедневный класс, репетиции, разучивание нового репертуара, конечно же, концерты, гастроли. У артистов короткий рабочий день – он заканчивался в 14.00. Энергии у меня было хоть отбавляй, поэтому бегала с работы на работу, преподавала, тренировала, в таком сумасшедшем режиме мне ни разу не было тяжело, наоборот, интересно, комфортно, я не ощущала дефицита выходных, их у меня просто не было. Был определённый гастрольный график, который я воспринимала как выходные.

– Так Ваши партнеры были те самые «военные, красивые и здоровенные»?
– Они самые. Представьте, мужской коллектив, в котором нас, девочек, холили и лелеяли.

– Но, несмотря на поклонников среди коллег, вышли Вы замуж всё же не за военного.
– Да, в коллективе у меня даже мысли не было строить серьёзные отношения с кем-либо. Познакомилась я со своим будущим супругом практически сразу после переезда во Владивосток. Мы долгое время общались, дружили, встречались, и в итоге – предложение руки и сердца, а следом и дети.

– И когда же настал тот момент, когда вы себе сказали: «Ну вот и всё, сегодня мое последнее выступление».
– О, этот день длился долго и наступил сравнительно недавно.

– Когда у Вас уже были дети?
– Да, за время работы в ансамбле я дважды уходила в декретный отпуск и снова возвращалась на сцену, у меня к тому моменту уже было моё следующее детище – детский садик, а я всё продолжала выступать. Но вот когда уже появился филиал «Карапуз-Академии», тогда времени катастрофически стало не хватать. Просто поставить вместо себя руководителя филиала не получается. Мое детище требует моего ежедневного присутствия. 

– На данный момент у Вас сеть детских садов. И само название звучит достаточно амбициозно и прямо говорит о вашей политике – в «Карапуз-Академии» главный акцент на развитие ребенка, верно?
– Да, я много времени уделяю своему развитию, и, соответственно, развитию моих садов! Основная наша задача – не просто создать комфортную атмосферу для пребывания ребенка в стенах нашего учреждения, но и благодаря развивающим занятиям подготовить ребенка к следующей очень важной ступени его жизни – к школе. Требования в начальной школе сейчас достаточно высоки. И зачастую первоклашки изначально попадают в ситуацию неуспеха, когда видят, что полкласса читает, считает, а они находятся в отстающем звене. Это стресс для ребенка. 

– Хотя при поступлении во многие школы вам говорят, что ребенок не обязательно должен уметь читать и считать.
– Мой сын учится в 3 классе, поэтому мне хорошо знакомы образовательные процессы начальной школы. Мы уже прошли на собственном опыте поступление в первый класс. Особенного внимания заслуживают тестирования, которые сейчас принято называть более комфортным словом – собеседования. И, конечно же, я очень горда и своим сыном, и ребятами, которых мы выпускаем из «Карапуз-Академии». А ещё больше своими сотрудниками-педагогами, благодаря которым намеченные цели – готовые к школе выпускники – достигаются!

– Ольга, открыть садик, на мой взгляд, можно либо из каких-то бизнес-амбиций либо от отчаяния – когда страх за своего ребёнка перекрывает всё остальное. В Вашем случае, что сыграло ключевую роль?
– Об открытии собственного сада я задумалась во время первой беременности. А открыла его, когда сыну было всего два месяца. Я не скажу, что мы сразу стали блистать. Было непросто, поскольку нашим законодательством в то время не подразумевалось частного детского сада. Поэтому мы потихоньку шли к своей цели, протаптывали дорожку, лоббировали свои права. Мы стали соучредителями «Ассоциации частных дошкольных образовательных организаций»

– На Ваш взгляд, с какого возраста можно отдавать ребенка в сад?
– Я отвечу, опираясь на личные наблюдения. Мой практический опыт говорит, что комфортнее всего детям привыкнуть к новой ситуации до трёх лет. В этом возрасте они психологически более подвижны, спокойнее принимают новые обстоятельства. 

– Со скольки лет вы берёте детей в ваши сады?
– С двух. Современные мамы стремятся быстрее выйти на работу, для кого-то сад – это необходимость.

– А как вы относитесь к тому, что для некоторых родителей ребенок – это проект? Возьмем ту же Яну Рудковскую – не успел ребенок пойти, он уже в модельном агентстве, только встал на коньки – уже звезда ледового шоу, читать Гном Гномыч пока не умеет,  но своя страница в инстаграме уже есть. Ваше отношение к раскрутке таких проектов? Ведь и Ваш сын недавно снялся в клипе «Дети Земли»?
– На самом деле, это всего лишь стечение обстоятельств, мой сын пока далёк от занятий вокалом. Мы поехали на фестиваль в Сочи с нашей VVGroup, моя дочь пела в конкурсной программе, а Кирилл просто поехал за компанию. Для него петь, танцевать – категорично «нет» – «мама, что ты! Это позор для самбиста!» 

– Сколько ему лет?
– Сыну 9 лет, и спорт у нас больше для общего развития. Мы не ждём медалей и сверхрезультатов. Главное, выносливость, физическое здоровье – вот и всё. 

– И вот самбист приехал в Сочи.
– Приехал и не предполагал участия в концертах и кастингах. К слову, кастинг проводился очень серьёзный. И вот уже два дня как закончились кастинги, идём по улице, к нам подходит режиссёр этого проекта и спрашивает Кирилла: «А ты не хотел бы сняться в клипе?» Сын ответил: «Я? Да не особо!» Мне, конечно, захотелось крикнуть: «Хотим! Хотим!» Но я сдержалась, включила хладнокровие и не стала поддувать в спину. И тут прозвучала решающая фраза режиссера: «Там будет сложная задача, надо будет лазить по горам. Это тяжело!»

– Ну всё! Тут уже пошёл вызов самбисту.
– Абсолютно! «По горам лазить я люблю!» – таким был его ответ. Было всего два съёмочных дня в жесточайших условиях: ранний подъем, горы, холод, проливной дождь. Грязь, слякоть… и дети ползут по горам несколько дублей, вниз и снова наверх, и опять всё сначала. Потом всех детей отпускают, а нас оставляют ещё доснять крупные планы. В то время, когда все отдыхали, у нас была лишь короткая пауза, чтобы сбегать до магазина и переодеться. Конечно, масса впечатлений, эмоций, сын часто об этом вспоминает, говорит, что это были классные сьёмки.

– А что лично Вам дал этот опыт?
– Незадолго до съёмок в клипе, мы сделали фотосет у Катерины Коцюбы и не ожидали, что получатся такие характерные снимки, и были в восторге от того, каким его увидела Катя. Знаете, когда я увидела уже сам клип и эти несколько секунд крупных планов, я посмотрела на сына другими глазами – оказывается, у нас такой фотогеничный ребенок. И это отмечают профессионалы. Для меня он всегда любимый сын и всё. Но такие вещи, как выступления, съёмки, фотосессии помогают увидеть своё чадо со стороны, немного другими глазами.

– Продолжение следует?
– Безусловно, имея такое портфолио, мы  отправили фотографии в агентства, в том числе и в Москву. Вполне возможно, через год сын уже будет совсем другим, перерастёт. Поэтому, пока это есть и это ему интересно, то почему бы не заполнить его жизнь такими вещами. 

– Ваш подход вызывает уважение. Многие бы на вашем месте сказали бы: «Да вы что, издеваетесь? У меня сейчас ребенок простынет! Какие съемки?!» – развернулись бы и ушли с полпути. А вы дали ему возможность прожить этот опыт до конца. Испытать на своей шкуре, что такое реальность, побыть в среде другой профессии. 
– Да, но мы готовили его также к тому, что даже после съёмок его лицо может и не попасть в клип. Тем не менее, он как раз попал и в клип, и в короткий тизер «Дети Земли. Мы все равны». Специально я не выискиваю информацию, куда бы нам ещё подать заявку. Но недавно нас утвердили на роль в рекламном ролике. Я отношусь к этому очень спокойно, как к какому-то временному успеху.
– Есть мнение, что раз начали чем-то заниматься, то надо продолжать, невзирая на то, что ребенок ходит на кружок или секцию через силу. Где та грань, чтобы не перегнуть палку и в то же время не потакать детской лени или нежеланию посещать кружок или секцию?
– Ребёнка направлять нужно. Он должен понимать, что любой спорт или творчество – это, прежде всего, труд. И чтобы достичь чего-то, надо прилагать усилия. Лишь единицы самостоятельно часами могут учить гаммы, спать со скрипкой или полдня тянуться у станка. Здесь должно быть сотрудничество и с ребенком, и с тренером, и с педагогом. Для многих видов деятельности недостаточно одного труда, нужны ещё определённые способности, талант, предрасположенность. Всё то, что через силу, обычно к результату не приводит. Родительское помешательство, чтобы занять каждую свободную секунду ребёнка, считаю излишним. 

– Часто после музыкальной школы человек не подходит больше к инструменту. 
– Лично у меня с музыкой так и произошло.

– А в случае с самбо – бывают моменты, когда он не хочет идти на тренировку, и что в этих случаях вы говорите?
– Периодически это у нас бывает. Дети не хотят трудиться. 

– Какие слова вы находите для убеждения?
– Чаще всего мы просто отвозим на тренировку. В нашей ежедневной бешеной гонке порой не хватает время на разговоры и убеждения, к моему большому сожалению. Но опять же, мы видим, как после тренировки ребёнок выходит счастливый и рассказывает, как было здорово, что сказал тренер, делится тем, что получилось, а что пока не очень. 

– Может оно и к лучшему, что времени нет на душещипательные монологи о пользе спорта? 
– Да, когда ребенок хочет заниматься, его не нужно ежедневно убеждать.

– Как вам кажется, почему пока детки ходят в сад, они впитывают всё на занятиях, ходят на кружки с удовольствием, потом наступает период школы, и желание учиться испаряется. Куда оно уходит и как найти мотивацию?
– В школе всё зависит от учителя, именно он зажигает и поддерживает это желание учиться.
– То есть нужно найти ту самую «Марью Ивановну»?
– Именно. Иногда до слёз обидно, когда ребёнка готовишь к первому классу, видишь, как он стремится к знаниям, есть мотивация, на выходе из сада он без напряжения умеет читать, считать, ему нравится учиться, а к концу первого класса это всё заканчивается. Ребёнок не хочет идти в школу, делать уроки. Печальная история. И здесь на первом плане стоит учитель, который умеет слышать ребенка, разговаривать с ним, обсуждать с ним какие-то вещи, а не давать односложные ответы «да-нет».

– Планируете ли Вы продолжение этой цепочки сад – начальная школа?
–Да, эта мысль меня не отпускает. Школа – не меньшая проблема, чем детский сад. Мы ведь в саду понимаем, что ребёнку в дошкольном возрасте не только нужен «куполок», опека, его также нужно приобщать и к тому, что есть другие взрослые, есть педагоги. Поэтому у нас в саду малыши ходят на занятия по кабинетам, как в школе к разным преподавателям. Постепенно, очень плавно привыкают к обучению. Психологический комфорт прежде всего, потому что не все дети сразу способны войти в систему. 

– Назовите три ключевых причины, почему родители должны отдать своих малышей именно к вам?
– Самое первое – полное соответствие наших садов всем нормам санитарным, пожарным и так далее. Это нельзя рассматривать как конкурентное преимущество перед другими садами, но обращать внимание на это родителям однозначно стоит. Второй момент – комплексный подход к развитию ребёнка, мы даём ему возможность соприкоснуться с разными видами деятельности: танцами, песнями, языками, математикой. И третье…

– Потому что там очаровательный директор?
– Спасибо, и третье – это моё личное отношение к каждому родителю и ребёнку. Я всем нашим папам и мамам говорю, что мой телефон доступен 24 часа в сутки.
 
– Существуют ли критерии отбора в ваш детский сад? В одних садах психологи тестируют детей, в других – родителей. Как это происходит у вас?
– Мы не отбираем ни детей, ни родителей. Действуем, в основном, в порядке очерёдности заявлений. 

– Десять соискателей, места всего два. Кого выберете?
– Чаще всего того, кто первый подал заявление. В  85% случаев мы выдерживаем такую политику. Конечно, могут быть приоритеты: близкие или знакомые люди. Одно но. Нужно быть объективными в тех случаях, если ребенку требуется специализированная помощь либо сугубо индивидуальный подход, который мы не можем оказать, в таких случаях мы отказываем. 

– Хотелось бы вернуться на сцену?
– Я и по сей день очень часто играю роли в постановках.

– Дайте я угадаю, вы – Снегурочка!
– Ну конечно! А ещё мы недавно организовали праздник в филармонии частных садов, так вот мы с партнёром исполняли номер на сцене.

– Вас дети в садике воспринимают как директора?
– Они гораздо позже начинают узнавать, что я и есть директор. Сначала я представляюсь им другом, и они с удовольствием принимают меня! Очень радуются, когда провожу с ними время. И даже когда на бегу, когда вопросы и проверки, конфликтные ситуации, заходишь в группу, и они все кричат: «Ольга Викторовна!», – сваливая тебя с ног, чувствуешь эту невероятную энергетику позитива; свежая, молодая энергия перезаряжает тебя заново… встрепенулся и пошёл дальше творить!

– О чём мечтает счастливая женщина, танцор по жизни и бизнес-леди?
– Затрудняюсь ответить.

– Ну вот я мечтаю оказаться на Бали на пять дней без никого. А Вы?..
– Мы настолько мало посвящаем времени друг другу в обычной жизни, что у меня такой мечты точно нет. Лишь бы мои близкие были здоровы: мои дети, родители, муж. Некогда мечтать, наверное, потому что я счастлива, потому что всё на своих местах.
 

 

 

 

 

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload