«Под хвостом у тигра»

15.04.2018

 

 

ГЛАВНЫЙ ГЕРОЙ ПЕТЕРБУРГСКОГО ИСКУССТВА 1980-Х, «НОВЫЙ ХУДОЖНИК» ОЛЕГ КОТЕЛЬНИКОВ РАССКАЗАЛ ГЛАВНОМУ КУРАТОРУ «ЗАРИ» АЛИСЕ БАГДОНАЙТЕ ОБ ИСКУССТВЕ И О ТОМ, ЧТО ВАЖНО..

 

– Во-первых, хочу поблагодарить вас за работу над выставкой «Новые художники» в «Заре».

– Ну, это не важно. Проехали, поехали дальше.

 

– Расскажите, какое ваше впечатление об этой выставке, о вашей поездке, о городе в целом?

– Времени было мало, чтобы узнать город. Я только понял, что мы были в полной жопе под хвостом у тигра. Там и встречает нас «Заря» (смеётся). А ещё я понял, что у вас хорошие пространства, но им нужны силы, нужна музыка, иначе всё застынет. Уповать на «Белугу» и московских концептуалистов не следует, надо надеяться на себя.

 

– То есть силы черпать из местного контекста?

– Да, из того, что есть, и прибавлять, прибавлять, выше, выше, higher, higher, higher, как говорится.

– Как произошла смена парадигм в художественной среде, которую произвели «Новые художники»? Это было в конфликте, в гармонии или в иронии с архаичным контекстом?

– Нет, конфликтовать – значит заниматься не своим делом. А заниматься своим делом – это когда ты не должен никому кроме себя и знаешь, что ты из себя представляешь. А в данном случае и так со всех сторон были огромные свободные места, огромные лакуны, пространства, которые приходи и занимай. Многие до сих не понимают своих возможностей, это значит, что они не самостоятельны. Самостоятельность – это когда взял и начал делать с любого места.

 

– И это то, что сделали «Новые художники»?

– По сути – да. Потому что вокруг все сидели и занимались чёрт знает чем, только не искусством, таким, каким оно должно быть – исследованием его, продолжением его, хоть какой-то серьезной работой.

 

– В своей статье в каталоге к «Новым художникам» вы говорите о кино как об особом медиа. Мне кажется важным, что «пиратское телевидение» и фильмы некрореалистов предвосхищают смерть эфира и, по сути, всё медийное развитие, которое происходит с каналами доставки информации сегодня. Как это стало возможным в эпоху тотального контроля над СМИ?

– Очень просто. Например, мы отмечали тридцать лет параллельного кино в год, когда возник Интернет.

 

– Как это объяснить?

– Во-первых, тем, что Носферату работает.

 

– А технически?

– Ни у какого творческого работника не должно быть никаких заигрываний перед техникой. Он её просто делает. Либо он создаёт технику под себя, либо он её побеждает. А технически – ты просто делаешь конфетку из того, что есть, как это делал Евгений Юфит. На вопрос, почему его фильмы сняты на такой некачественной и старой плёнке, он отвечал: «Так надо»,– и вопросов больше не было.

Вот в Русском музее была выставка Хуана Миро – бронза и почеркушки. Возникает вопрос: почему Хуан Миро рисовал на говне? А потому что это фактура. Потому что из этого изувеченного и изжамканного картона хочется что-то сделать, а вовсе не из белого холста.

 

Вообразите себе ситуацию, что ты садишься в автомобиль, вцепляешься в руль и думаешь, что что-то в твоих руках. А вот и нет. В твоих руках – ничего. Всё – в голове.

 

– То есть техника должна подчиняться художественному замыслу?

– Конечно, сначала у тебя есть сверхидея, а потом всё остальное. Сначала должно быть что, а потом уже как.

 

– При этом замечаете ли вы какие-то паттерны, заложенные «Новыми», которые функционируют сегодня?

– Это всё сохраняется и развивается. Но это неважно. Неважно, что ты делаешь, если ты это делаешь увлечённо. Что такое творческий человек? Это человек, который двадцать пять часов в сутки работает над собой – не над кем-то и для кого-то, но нарабатывает свой потенциал, наращивает собственную массу. Масса притягивает, но массой надо стать.

 

 

 

 


 

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload